Понедельник, 3 августа 2020 г.
политика и финансы в новом окне Полная
версия
Запись блога

02/17/2010

Военная доктрина Российской Федерации в примерах. Часть вторая

Военная доктрина – это основополагающий геополитический документ, который только де-юре определяет степень и очередность действий армии в критических ситуациях. Де-факто – это набор установок и векторов внешне- и внутригосударственного развития. Это настольный документ политиков, которые от имени кремля ведут информационные войны. Это манифест, которым заявляет сегодняшняя Россия всему миру – смотрите за что и на что мы готовы идти.

Военные опасности в доктрине делятся на два типа – внешние, которые мы рассмотрели в первой части, прочесть первую часть можно здесь, и внутренние. Это значит, что при определенных обстоятельствах сам народ России может стать угрозой национальным интересам. Для применения военных санкций необходимо, что в стране совершались попытки насильственного изменения конституционного строя Российской Федерации. Это как раз понятно. Но вот два следующих пункта наводят на неприятные размышления: внутренней военной опасностью считается подрыв суверенитета, нарушение единства и территориальной целостности РФ, а также дезорганизация функционирования органов государственной власти, важных государственных, военных объектов и информационной инфраструктуры РФ.

Во-первых, почему единство и территориальная целостность РФ разделены в два отдельных понятия? Все просто – это отголоски советской ненависти ко всяким национальным проявлениям. Именно советская власть видела в национальных идеях корень зла. По пункту о сохранении единства РФ легко под удар попадают любые национальные движения в самой России включая и русские национальные движения.

Во-вторых, дезорганизация функционирования органов власти. Под этот сложный для восприятия с первого раза пункт попадает любое блокирования любого государственного органа власти, будь то Центральный банк, Генеральная прокуратура или сельский совет села Бобровка. Это конечно утрирование, но задача примеров показать не только реально возможные ситуации, но и широту применение тех или иных норм доктрины. Кроме этого под дезорганизацию функционирования легко попадает черный пиар. Например, выходит статья о том, что генеральный прокурор брал взятку или видео в бане с девочками. Прокурор отдувается. Оправдывается. А тем временем работа государственного органа власти дезорганизована. И вот уже военная опасность.

В-третьих, загадочная информационная инфраструктура РФ. Под этим умным словосочетанием скрывается совокупность государственных сайтов, при узком прочтении термина, либо же всего российского интернета при широком прочтении. То есть теперь любой хакер – это военная опасность с которой не только надо бороться, с которой Россия обязана бороться, как страна, которая выполняет свои законы.

Основные военные угрозы, то есть то, что, в отличие от просто военных опасностей, автоматически влечет за собой санкции не всегда военные, но и такой исход считается вполне вероятным, насчитывают всего пять пунктов. Отдельно тут коснулись Украины и Грузии. Согласно доктрине основной военной угрозой РФ считается: демонстрация военной силы в ходе проведения учений на территориях сопредельных с РФ или ее союзниками государств с провокационных целях. Итак, учения Sea Бриз в Украине, учения «Cooperative Longbow 09/Cooperative Lancer 09» в Грузии и другие учения НАТО на территории нашей страны автоматически считаются основной военной опасностью для РФ. Хотя это не мешает самой России проводить совместные с НАТО учения. Кстати очень интересно кто определяет степень демонстрации военной силы во время учений и провокационность или нет целей.

Возвращаясь к ядерному оружию, тема применения которого была затронута в первой части статьи. Согласно 22 статье доктрины «Россия оставляет за собой право применять ядерное оружие в ответ на применение против нее и (или) ее союзников ядерного и других видов оружия массового поражения, а также в случае агрессии против РФ с применением обычного оружия, когда под угрозу поставлено само существование государство. Решение о применении ядерного оружия принимается президентом РФ». То есть применение в локальных конфликтах ядерного оружия возможно только в ответ на применение любых средств массового поражения.

Комментарии экспертов:

Начальник Генштаба ВС РФ Николай Макаров: «Вопрос о новой доктрине стоял уже давнo. Требовалось переосмыслить и понять, какие вооруженные силы мы имеем и для чего мы их имеем. По этим задачам была сформирована рабочая группа, которая работала в течение длительного периода вместе с Министерством обороны. И родился новый документ, который очень важен для государства - военная доктрина. По существу, это система официально принятых взглядов на подготовку к защите и защиту самого государства. В ней даны очень многие определения и понятия, которые необходимы на сегодняшний день, и указываются именно те вопросы, которые необходимо решить и государству, и вооруженным силам для того, чтобы выполнить поставленную перед ними задачу. Если основам и жизни нашей государственности будет угрожать опасность, мы вправе применить ядерное оружие».

Генсек НАТО Андерс Фог Расмуссен: «Как я отметил на встрече с министром иностранных дел РФ Сергеем Лавровым, это не отражает реальность, НАТО не угрожает России, не является ее врагом».

Председатель комитета Совета Федерации РФ по международным делам Михаил Маргелов: «Не побежден международный терроризм, который, став ядерным, перестанет быть только средством принудительной дипломатии, а станет терроризмом-войной. Военная доктрина России суммирует эти и другие обстоятельств, заявляет, что существующая архитектура международной безопасности, включая ее международно-правовые механизмы, не обеспечивает равной безопасности всех государств».

Владимир Дворкин, генерал-майор запаса, доктор технических наук, главный научный сотрудник ИМЭМО РАН: «Сейчас основная формулировка условий применения Россией ядерного оружия выглядит даже несколько мягче, чем она была в военной доктрине России 2000 года. Поэтому все неквалифицированные заявления о том, что теперь Россия намерена наносить превентивные – упреждающие ядерные удары, это все из области «разговоров по понятиям». Это рассуждения людей, которые имеют смутное представление о принципах ядерного сдерживания».

Вице-премьер РФ Сергей Иванов: «Были намеки, что в России есть реакционные генералы, которые спят и видят, как бы применить ядерное оружие против кого-либо. Могу заверить, что российские генералы четко следуют политическим установкам. Слухи о том, что в российском генералитете есть оппозиция — это чушь собачья. Невозможно всерьез говорить о снижении ядерного потенциала, когда государство, обладающее ядерным оружием, разрабатывает и размещает системы защиты от средств доставки ядерных зарядов, которые есть у других государств. Это подобно теории щита и меча, когда и то и другое постоянно развивается, держа в уме характеристики и возможности каждого из них».

Независимый военный эксперт Александр Гольц: «Этот документ совершенно бессмысленный и на 95 процентов является повтором военной доктрины десятилетней давности. Некоторые военачальники ждали, что в новом документе появится положение, что Россия сможет превентивно использовать ядерное оружие даже в локальном конфликте. Слава Богу, до таких формулировок не дошло. Поэтому можно сказать, что гора родила очередную мышь, причем почти безвредную. Всякий раз очередная военная доктрина представляет собой результат некоего торга между политиками и военными, причем последние традиционно стремятся получить в качество основного потенциального противника США и НАТО».

Мартин Повейшил (Martin Povejšil), постоянный представитель Чешской Республики в НАТО в Брюсселе: «Внимание, которое уделяется этому пассажу из текста новой военной доктрины, надо воспринимать в контексте переговоров России и США о снижении числа стратегических ядерных вооружений и в контексте дискуссии о глобальном ядерном вооружении. В предыдущей военной доктрине России (2000) речь шла о применении ядерного оружия в ситуациях, «критических для национальной безопасности». То есть, бесспорно, что в этой области не произошло существенного снижения порога применения оружия. Вся работа над текстом к тому же проходила в секрете, никакого обмена мнениями с партнерами не было, и в доктрине русские характеризуют НАТО как угрозу своей безопасности. Поэтому вновь возникает вопрос: насколько серьезно Россия относится к своим заявлениям о готовности сотрудничать с НАТО».

Александр Вондра (Alexandr Vondra), чешский сенатор: «Это решение вообще ничего не значит. Это просто пустые слова. Угроза применить ядерное оружие первым могла бы испугать только в том случае, если бы она исходила от аятолл-фундаменталистов или от каких-то невменяемых безумцев, и если бы у них такое оружие было. А в случае цивилизованной страны (а Россию, несмотря на все «но», я таковой все же считаю) риторика ядерных доктрин – это, скорее, некая вербальная демонстрация мускул. Так что, если говорить о России, нас должны тревожить набег русских в Грузию, военные провокационные учения на польской границе, использование энергетического сырья для политического давления и другие настоящие проблемы. А виртуальная риторика ядерной доктрины меня беспокоит менше».

Стивен Бланк, профессор Института стратегических исследований в Колледже Армии США: «В новой военной доктрине более четко описаны угрозы и вызовы, стоящие перед Россией. Доктрина классифицирует типы конфликтов и определяет, каким образом эти конфликты будут предотвращены».

Ведущий специалист отдела политических исследований и международных отношений Кентского университета Роджер Макдермотт: «Документ рассматривает расширение НАТО на восток как основную угрозу безопасности, – отмечает эксперт. – Учитывая, что Москва противостоит другим инициативам альянса, включая проведение совместных военных учений в странах бывшего СССР, а также выступает против размещения ПРО США в Восточной Европе, новая доктрина пытается обозначить «сферу влияния» России на постсоветском пространстве».

Старший аналитик Гудзоновского института (Hudson Institute) в Вашингтоне Ричард Вайц: «Несмотря на то, что должностные лица министерства обороны США заранее проинформировали своих российских коллег о содержании недавно опубликованного Четырехлетнего обзора оборонной политики США (ЧООП), ни американские, ни российские составители доктрин, как представляется, не приняли этот факт во внимание при создании своего собственного текста».

Экс-госсекретарь США Мадлен Олбрайт, находящаяся в Москве с визитом во главе «Совета мудрецов»: «Я не изучала подробно весь документ, как так еще нет полного перевод. Но меня удивляет, что эта новая доктрина возникла сейчас. Кроме того, в ней обозначено, что основной военной угрозой для России является НАТО. Альянс не представляет никакой угрозы для России – это постулат. Обновленный Североатлантический альянс - это организация самообороны, в которую объединилась группа демократических государств в целях достижения стабильности. Наш противник - не Россия, а проблемы, дестабилизирующие обстановку в мире, - заверила бывший госсекретарь. - В частности, я имею в виду международный терроризм, распространение ядерного оружия, наркотрафик, пиратство. США беспокоит иранская угроза, то, чем на самом деле занимается Тегеран в своей ядерной деятельности и какие преследует цели. Большинство государств мира считает нецелесообразным появление у этой страны ядерного оружия. Поэтому мы и хотим использовать ПРО в Румынии для защиты от Ирана. Рассчитываем, что Россия будет с нами сотрудничать в этом деле».

free counters

Написано специально для Trust.ua.

Комментарии

Имя пользователя

Введите текст комментария

Введите символы с картинки